Ограничение техники

Это связано только с ограничениями нашей техники наблюдений...
Промежутки между световыми лучами, приходящими к нам от отдаленных галактик... становятся все меньше и меньше, и удаляющееся облако галактик превращается в микроволновую однородную завесу.
Это и есть сплошной светящийся небосвод по Ольберсу, только не ослепительный и обжигающий, а как фо -новое излучение... с температурой менее 3 К.
Это излучение идет от обширного облака галактик, столь тесно расположенных в поле зрения, что они не разрешаются антенной.
Они находятся от нас на самых разных расстояниях и имеют различную величину крас­ного смещения, поэтому их общее излучение должно быть одно­родно распределенным по всему спектру и, следовательно, быть таким же, как излучение черного тела».
Проф. У. Кэри поэтичес­ки завершает:
«Я называю эту узкую «щель», позволяющую загля­нуть в самые отдаленные области Вселенной, «окном Ольберса». Прекрасное объяснение, и, если мы заменим в нем взаимное удаление галактик на замедление темпа времени, то все встанет на свои места. Фоновое излучение образуется благодаря тому, что от самых отдаленных галактик свет неразличим нами как отдельные излучения — это сплошной фон.
Ну а то, что, чем дальше галактика, тем больше красное смещение, это, как мы понимаем, связано с различными темпами времени во Все­ленной в различные космологические эпохи (чем дольше летит фотон, тем в более отдаленную эпоху он начал свой путь, и т.д.). Будем считать, что это альтернативное объяснение - еще один кирпичик, еще один вклад в строительство, в результате которо­го, может быть, когда-нибудь модель линейно расширяющейся Вселенной будет заменена на модель Вселенной с линейно (?) замедляющимся временем. Есть, однако, два очень непростых момента... Как только мы начинаем склоняться к признанию модели ста­ционарной Вселенной, так сразу же вновь возникает вопрос о стабильности Вселенной.
Причем считается, что эта проблема актуальна для любой модели нерасширяющейся Вселенной.
И для той, в которую верил Ньютон, и для Вселенной Эйнштей­на (до 1917г.). Размышляя над этой проблемой, я однажды вдруг поймал себя на мысли, которая вряд ли делает мне честь. Я подумал тогда: а есть ли вообще проблема? Не надумана ли сама проблема?
Не сушили ли свои светлые головы «лучшие умы» над решением за­дачи, которая не стоит того? И конечно же, я понимаю, что думать так не очень хорошо, это значит, что я не вижу в проблеме чего-то, что видели Нью­тон, Эйнштейн и сотни специалистов.
Они видели, и поэтому мучались, ну а мне не дано.
Ситуация в общем-то совершенно банальная. Но давайте все-таки вместе пройдем по пути моих сомнений. И Ньютон, и Эйнштейн (и другие) полагали, что если во Все­ленной нет сил, которые бы нейтрализовали силы всемирного тяготения, то Вселенная обречена - она тогда просто обязана очень скоро за счет взаимного притяжения масс сбиться в кучу. Как вы помните, Ньютон полагал, что этого не происходит потому, что каждое тело испытывает притяжение от всех других тел Вселенной.
А так как массы распределены равномерно (в боль­ших масштабах), то общая составляющая сил, действующих на любое тело, уравновешена и по силе, и по направлению.Слабость этого замечательного объяснения, мне кажется, в том, что «все массы Вселенной» находятся где-то далеко, а не­которые тела - близко, и вот эти относительно близкие объек­ты и должны были бы со временем соединиться, что, в свою очередь, дало бы начало новому объединению, т.е. стабильность вряд ли сохранилась бы надолго. Эйнштейн вынужден был ввести в свое уравнение «мифичес­кие» силы отталкивания.
И все это из опасения, что без неких сил, противостоящих всемирному притяжению, все тела попа­дают друг на друга... Но в том-то и дело, что все тела Вселенной на самом деле только тем и занимаются, что падают, — все и всегда. Под дей­ствием первоначального импульса, не имеющего ничего обще­го ни с Большим взрывом, ни с божественным первоначалом, все тела падают, и силы, сообщившие им импульс и направле­ния, самые разнообразнейшие, и действуют они в любые про­извольные моменты времени и в произвольных направлениях.
Во Вселенной нет низа и верха: куда тело толкнул импульс, туда оно и падает. Но, падая, оно обладает массой-энергией, а следо­вательно, инерцией («второй закон Ньютона можно толковать как правило измерения масс, а масса — это количественная мера инертности тела»). Так вот, динамические катаклизмы и наличие инерции у всех движущихся тел и создают то самое противодействие всемир­ному тяготению, которое так хотелось обнаружить «лучшим умам».
В этом моем утверждении и кроется непонимание чего-то «другого», что понимали великие физики.